Т. Толстая «Кысь»: Современная антиутопия
О литературе » Эволюция жанра антиутопии в литературе ХХ века » Т. Толстая «Кысь»: Современная антиутопия

И, наконец, обратимся к антиутопии конца ХХ века. Посмотрим, что произошло с жанром в дни, когда уважение личности является главной ценностью во всём мире, и постепенно отпадает надобность писать об опасности коммунизма и тоталитарного режима.

Но, несмотря на то, что возможность потерять свободу личности в обмен на сомнительное счастье всего социума кажется нам практически нереальной, антиутопии продолжают появляться. Тут даёт о себе знать то самое «новое тотальное антиутопическое сознание, ставшее знаком современности», которое выявляют писатели.

Рассмотрим роман Т. Толстой «Кысь» как пример антиутопии конца ХХ века.

Построен роман по всё той же схеме: действие происходит после Взрыва, изменившего весь мир, что находится за пределами города Фёдор-Кузьмичинска никто не знает. Есть даже санитары, напоминающие замятинские бюро и оруэлловские министерства. Но, читая «Кысь», понимаешь, что всё-таки что-то очень сильно отличает это произведение от предшествующих.

«Вот прочитаем мы "Кысь" (мудростью проникнемся, видимо, наизусть текст выучив), и тогда, быть может, что-то сдвинется. Ну а не хватит силенок - останемся в том заколдованном круге, о коем и повествует Толстая, в том русском бреду, где будущее (действие происходит через несколько столетий после Взрыва, превратившего людей в мутантов) неотличимо от прошлого (в романе представлен синтез неолита и средневековья). Будем мы, "голубчики" (так именуют друг друга персонажи Толстой), трястись над огнем (добывать не умеем), подчиняться произволу "мурз", славить очередного верховного Федора Кузьмича, что изобрел колесо и коромысло и сочинил всю мировую литературу (бывшая Москва и зовется Федор-Кузьмичск - до тех пор, пока новый царек не наречет ее Кудеяр-Кудеярычском).

Будем питаться мышами и червырями, драться, воровать, ржать над чужими бедами, исходить похотью, изнывать от страха перед властями, а пуще - перед Санитарами (тайной полицией), а того пуще - перед невидимым зверем Кысь, что живет в северных лесах, дико и жалобно воет и бросается на зазевавшегося голубчика, рвет когтем его главную жилочку - "и весь разум из человека выйдет". Будут вести свои бессмысленные споры "прежние": то ли прошлое восстанавливать надо, то ли на прогресс и Запад надеяться. Будут дразнить и соблазнять нас химерой культуры: "старопечатные книги" запрещены (на тех, кто хранит их, и охотятся Санитары), но писцы исправно покрывают бересту "новыми сочинениями" Федора Кузьмича, каковые всегда можно купить на торжище, заплатив некоторым количеством мышей. А если кто шибко полюбит книжную мудрость, если возжаждет всю ее себе присвоить (проникнется духом гоголевского Петрушки), то станет он орудием тех же самых Санитаров - "лечить" (убивать) других голубчиков начнет, в очередной революции участие примет и ради "спасения искусства" на предательство пойдет. И окажется, что он (ты, читающий без разумения!) и есть невидимый зверь Кысь. Что и случилось с главным героем романа».(5)

Толстая высматривает все проблемы не в фанатизме и не в преданности идее. Она видит угрозу в незнании, в нежелании стремиться к знанию. Отсюда появляется страх, который и заставляет человека сидеть на одном месте, боясь изменить что-нибудь, и необдуманные поступки, приводящие общество к большему упадку. Совершенная потеря ценностей или неправильное их восприятие возвращают общество к первобытному строю.

«Правда, почему-то пережившим финальную катастрофу - новый Взрыв, после которого на вечном нашем пепелище длят свои споры двое всегда живых "прежних" - "хранитель огня" и "диссидент-западник".

Так и будет. А все потому, что азбуки не выучили. Чего читаем - не понимаем» (5).

Однако у Толстой не всё так однозначно. Роман заканчивается новым взрывом и остаётся непонятным: либо герои возносятся над тем самым обществом, и побеждают его, либо погибают. Но в любом случае «варварские» устои сгорают в огне нового взрыва, поэтому в романе нет безнадёжности, скорее, смутная надежда на разумность человечества.


Похожие материалы:

Мать, Надежда Осиповна Пушкина (1775-1836г.)
Урожденная Ганнибал, в 1796г. вышла замуж за С.Л. Пушкина, в 1814г. вместе с детьми, Ольгой и Львом, переезжает из Москвы в Петербург, постоянно навещает сына Александра в Лицее. Принимает участие в судьбе ссыльного поэта, с одобрения В ...

Революционный романтизм
Выход одного за другим двух изданий сборника стихотворений Жуковского (1815 и 1818г.г.) был значительным литературным событием. Вместе с вышедшими в 1817 году произведениями Батюшкова это явилось своего рода вехой в истории русской поэзии ...

Ахматова и Тютчев
Любовная лирика Ахматовой неизбежно приводит всякого к воспоминаниям о Тютчеве. Бурное столкновение страстей, тютчевский "поединок роковой" - все это в наше время воскресло именно у Ахматовой. Сходство еще более усиливается, есл ...