А.П. Чехов (1860—1904)
Страница 2

Картину всеобщего неблагополучия русской жизни развивает Чехов в рассказах на крестьянскую тему "Мужики" и "В овраге". И в деревне, как и в городе, царят те же неустроенность, дикость и варварство, лишь усугубленные мужичьим невежеством. Эти произведения стали как бы ответом Чехова на те надежды, которые возлагались русскими революционными демократами, а также Толстым, Достоевским, Герценом на особый характер русской деревенской жизни с ее общинным землевладением и стихийным социализмом, с ее патриархальной нравственностью и " богоносностью ".

В 1898 г. появляется так называемая маленькая трилогия — рассказы "Человек в футляре", "Крыжовник", "О любви", в которых даны образы учителя гимназии Беликова, помещиков Николая Ивановича Чимши-Гималайского и Алехина, ограничивших свое существование рамками дозволенного и руководствующихся прописными истинами общепринятых мнений, боящихся свободного слова, свободного дела и держащих в страхе других. В трилогии возникает сквозной образ "футлярного существования", характеризующего жизнь современной России. Выразителен собирательный образ коллег Беликова по гимназии, которые боятся его, добровольного доносчика, даже после его смерти, так как "беликовщина" вошла в их кровь, отравила все их существование.

Духовная деградация человека показана в рассказе "Ионыч". Земский врач Дмитрий Ио-нович Старцев, труженик и интеллигент, постепенно превращается в стяжателя, ежевечерне пересчитывающего купюры, заработанные за день. Чехов развенчивает идею благотворности труда, если это труд неодухотворенный. Выразительны в рассказе и образы обывателей города С. — семьи Туркиных, людей, претендующих на культурность и образованность, но погрязших в обывательской тине ежедневных мелочей.

Новаторской была не только проза Чехова, но и его драматургия. Произведения этого жанра отражают ту же атмосферу всеобщего неблагополучия. Олицетворением всеобщей нескладицы жизни выступает приказчик Епиходов, персонаж комедии "Вишневый сад" (1903). Чехову присуще тонкое понимание драматизма жизни. Зло в пьесах Чехова не персонифицировано, отсутствует его прямой носитель, конкретный источник, уничтожив который можно было бы обрести счастье. Причиной всех несчастий становится сама жизнь, с ее нелепостями и неурядицей. Зло скрывается в самих основах жизни, в самом устройстве ее. Поэтому в пьесах Чехова нет типичных для драм Островского конфликтов, выраженных в столкновении персонажей. Все приглушено, но от этого не менее трагично. Каноны классической драмы в чеховских пьесах нарушены и отсутствием так называемого сквозного действия, ключевого события, которое организует сюжетное единство драмы. Драма строится как художественное целое на основе иного, внутреннего единства. Устраняется и классическая "одногеройность" драмы, т.е. сосредоточение сюжетного действия вокруг главного персонажа. Персонаж в пьесах Чехова раскрывается не в поступках, не в действии, как это свойственно классической драме, а в его переживаниях, в его повседневном поведении. Особое значение приобретает не то, что герои говорят, а то, что они при этом думают; их характеры раскрываются не в слове, а в молчании. Большую нагрузку в пьесах Чехова несет подтекст. Новаторство пьес Чехова не сразу было понято и оценено по достоинству, чем, в частности, объясняется провал премьеры "Чайки" на сцене Александрийского театра в Петербурге в 1896 г. Лишь Московский художественный театр, основанный К.С. Станиславским и В.И. Немировичем-Данченко, сумел постичь тайну чеховской драматургии и донести ее до зрителя.

Все эти принципы были реализованы Чеховым в его комедии "Вишневый сад" (1903). И жанр этой пьесы, и ее конфликт являются отступлением от норм классической драмы. В пьесе нет ни классически положительных, ни классически отрицательных героев, но каждый персонаж дается как бы в двойном освещении: он не лишен авторского сочувствия, но в то же время наделяется комическими чертами. Нарушен в пьесе классический расклад социальных сил. В ней нет столкновения пассивного и безвольного дворянства, уступающего в исторической борьбе буржуазному хищнику, которого, в свою очередь, отрицает революционно настроенная интеллигенция. Конфликт, основанный на противоборстве социальных сил, у Чехова приглушен, потому что драма человеческого существования более глубока, чем элементарное экономическое разорение, да и сам Лопахин, купивший имение, тоже не выглядит абсолютным именинником, так как и он недоволен общим ходом жизни. Драматизм пьесы заключается не в борьбе за вишневый сад, за имение, а в субъективном недовольстве жизнью, свойственном практически каждому персонажу. Драма жизни заключается в разладе самых существенных ее основ. Все в пьесе живут в ожидании неотвратимо надвигающегося конца, рождающем в душах героев ощущение какой-то обреченности и призрачности их существования.

Страницы: 1 2 3


Похожие материалы:

Пространство и Время в интерпретации Бродского
В пространственно-временном строе лирики Бродского проявляется характерная для постмодернизма проекция нескольких временных пластов на пространственную ось координат. События, происходившие в разные исторические периоды воспринимаются одн ...

Мир волшебной сказки.
Автор создал мир волшебной сказки, где нет ничего не понятного, а то, что не понятно автор просто не захотел нам рассказывать или оставил, что - бы об этом рассказал то ни будь ещё, где есть всё чего так нехватает в нашем мире: чудо, вера ...

Преступление и наказание
Федор Михайлович Достоевский – очень талантливый психолог. В своих произведениях он ставит героев в сложные, экстремальные жизненные ситуации, в которых обнажается их внутренняя сущность, открываются глубины психологии и внутреннего мира. ...