Это сопоставление: люди—карты, закономерно рождается у молодого Чехова. Конечно, не все и не вообще люди, а именно люди, переставшие быть людьми, превратившиеся в обладателей чинов, носителей знаков отличий.

В рассказе «Винт» (1884) чиновники наклеивают на игральные карты фотографии действительных статских советников, их супруг, коллежских советников и прочих чинов четырех ведомств, заменяющих игрокам четыре масти.

Картина игры в карты одновременно и фантастична и до малейшей детали правдоподобна:

«—Хожу со статского . Бросай, Ваня, какого-нибудь титуляшку или губернского.

— Зачем нам титуляшку? Мы и Пересолиным хватим .

— А мы твоего Пересолина по зубам . по зубам .» На первый взгляд самое смешное здесь в том, как неожиданно совмещаются два совершенно различных плана: масти и достоинства карт, с одной стороны, чины и ведомства служащих, с другой. Но еще смешнее и одновременно печальнее то, что фантастическое оказывается возможным, неожиданное — оправданным, подсказанным жизнью.

Похожие материалы:

Художественный мир писателя.
Художественный мир Гоголя необыкновенно своеобразен и сложен. Кажущаяся простота и ясность его произведений не должна обманывать. На них лежит отпечаток оригинальной, можно сказать, удивительной личности великого мастера, его очень глубок ...

Бернс. Стихотворения
На чужбине Я сердцем не здесь, я в шотландских горах, Я мчусь, забывая опасность и страх, За диким оленем, за ланью лесной, - Где б ни был я - сердцем в отчизне родной. Шотландия! смелых борцов колыбель, Стремлений моих неизменная ц ...

Тихий Дон
Во второй книге романа Михаила Шолохова «Тихий Дон» мы встречаемся с эпизодом, в котором генерал Корнилов рассказывает о сне, увиденном им накануне. Хотя возможность того, что нечто подобное действительно могло присниться генералу Корнило ...