В поэзии историк Игорь Северянин.
Страница 1
О литературе » Древние мифы в поэзии серебрянного века » В поэзии историк Игорь Северянин.

Игорь Северянин (1887-1941), настоящее имя и фамилия Игорь Васильевич Лотарев. Игорь Лотарев родился 4 (16) мая 1887 года в Петербурге.

Родился я, как все, случайно…

Был на Гороховской наш дом.

О себе Игорь Северянин писал: « .я в поэзии историк…». Одним из предметов особенной гордости его было то,

Что в жилах северного барда

Струится кровь Карамзина.

Он действительно приходился дальнем родственником Н.М. Карамзину (по линии матери) и декламировал эту «родственность», объявив о своей позиции историка-поэта. Это заявление вызвало усмешки современников, резонно возражавших, что историзма как мировоззренческого принципа его творчества не содержало: библейские или средневековые молитвы в его книгах были рядовыми стереотипами и из круга таковых не вышли…

«Историзм» Северянина, однако, ярко обнаруживается в другом – в открытом и прямом автобиаргафизме его стихов. Пожалуй, ни у кого из русских поэтов стихи и биография так не переплетались и так не дополняли друг друга, как у Северянина. Можно весьма детально и точно описать жизнь поэта, пользуясь только его стихами (такие попытки делались), - а биография поэта становится его стержнем, на основе которого его стихи могут быть представлены как целостная, упорядоченная картина.

Игорь-Северянин – псевдоним Игоря Васильевича Лотарёва. Необходимо подчеркнуть, что сам поэт всегда писал свой псевдоним через дефис: он воспринимался им как второе имя, а не фамилия. Помимо внутренней музыкальности звучания, в таком именовании скрывался глубокий внутренний смысл. Имя «Игорь» было дано мальчику по святцам, в честь героического древнерусского Игоря Олеговича (икона этого святого хранилась в эстонском домике поэта в Тойле); приложение «Северянин» делало псевдоним близким к «царственным» именам и означало место особенной любви (как приложение «сибиряк» в псевдониме Д.Н. Мамина).

Впоследствии в восприятии публики и критики приложение «Северянин» было переосмыслено как имитация фамилии; традиция эта закрепилась, как закрепилась и традиция одностороннего истолкования поэта только по его «экстазным» стихам…

Игорь Северянин известен как создатель неологизмов и словесных диковинок («И что ни слово – то сюрприз»), как автор манерных «хабанер», «прелюдов», «миньонетов», «вирелэ» и прочих изысканных поэтических форм, как изобретатель «гирлянды триолетов», «квадрата квадратов», «дизеля», «лэ»… Эта – внешняя сторона его творчества, свидетельствующая о необыкновенной виртуозности поэта, может создать впечатление усложненности его стихов. Впечатление это будет, однако, обманчивым.

В сущности, «футурист» Северянин весьма прост и ясен. Если внимательно вчитаться в его «поэзы», то непременно обнаруживаешь черты этой изначальной художественной простоты. И не только в декларациях вроде приведенной выше. И не только в характерных названиях – «Примитивный романс», «Элементарная соната», «Четкая поэза»… Влечение «в Примитив», неприятие всего усложненного, трудного, заумного стали символом всех его художественных исканий. Сущностью своего творчества он считал – собственную фантазию – «Мои капризы, мои волшебные сюрпризы». Акцент был поставлен на свое «эго», отсюда и его самовозвышение «Я – гений Северянин» или «Я выполнил свою задачу, литературу покорив». Слово «гений» относилось, не столько к личности автор, сколько к нему, как носителю «вселенской души». Лирика И. Северянина выражает «чувства без названия», рожденные изощренным зрением и слухом:

«Мне хочется вас грезами исполнить…»

Книга «Громокипящий кубок» состоит из четырех разделов. Последний («Эгофутуризм») включает стихи, содержащие некие теоретические декларации, от которых поэт вскоре отошел. Предпоследний («За струнной изгородью лиры») представляет собой раннюю попытку Северянина воссоздать в стихах «грёзовое царство», будущую «Миррэлию», два же начальных раздела, самые большие по объёму, контрастно противопоставлены. Стихотворения, объединенные в раздел «Сирень моей весны», просты по своей форме, очень несложны и искренни по содержанию. В цельности своей они представляют собою картину того, что, собственно, и занимало Северянина-поэта: любовь в ее светлом и чистом бытии, веселье и безудержная радость жизни, детские «жалости» и «шалости» и природа в ее естественных, бесконечных проявлениях: море и солнце, лес и парк, прогулка и рыбалка…

Скорей бы – в бричке по ухабам!

Скорей бы – в юные луга!

Смотреть в лицо румяным бабам,

Как друга, целовать врага!

Этот призыв из знаменитого стихотворения «Весенний день» стал символом основной художественной линии его творчества. Северянин представляет мир истинных ценностей жизни, а мир этот оказывается катастрофически удален и от «культуры» и от «науки», и от тех условностей, с которыми связано бытие современного человека. Олицетворениями этого мира становятся «Весна» и «Сирень» - два опорных понятия всех северянинских стихов. «Весна», которая пробуждает человека к жизни. «Сирень», которая выступает как самый яркий и самый простой символ этого пробуждения. Последнее стихотворение этого раздела – «Надрубленная сирень»: тревожное повествование о том, как в бытие «Сирени» смешался человек с незаменимым орудием «культуры»:

Страницы: 1 2


Похожие материалы:

Иосиф Бродский как поэт-постмодернист. Общая концепция постмодернизма
Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно. И.Бродский Попробуйте меня от века оторвать, - Ручаюсь вам – себе свернете шею! О.Мандельштам Пожалуй, трудно теперь найти человека, незнакомого с творчеством Иосиф ...

Художественное своеобразие мифов и легенд в произведениях Ч. Айматова («Белый пароход», «Пегий пес, бегущий краем моря», «И дольше века длится день»)
«Не насыщая пищей чрево, Жует себя двадцатый век И рубит, рубит Жизни древо, Как беспощадный дровосек … И это древо все покорней – Не по законам естества. Трещит кора, слабеют корни, И жухнет пыльная листва Великий разум! Запрети ...

Работа с источниками информации планирование работы
План – это схематически записанная совокупность коротко сформулированных мыслей-заголовков, это «скелет произведения». Примером плана к книге, правда очень общего, отмечающего лишь узловые разделы, является обычное оглавление. Проглядыв ...