Коран и арабская литература
Страница 3
О литературе » Коран и арабская литература

Особняком стояла арабская литература в Андалусии (арабская Испания), тесно связанной с Магрибом. В 8—10 вв. Андалусия в культурном отношении оставалась провинцией Халифата, нормой для её поэзии являлись образцы, сложившиеся на востоке Халифата. Андалусскую поэзию представляли: утончённый лирик и автор эпические поэмы о завоевании Испании арабами аль-Газаль; составитель популярной антологии «Единственное ожерелье» и автор анакреонтических стихов Ибн Абд Раббихи; сочинитель около 60 касыд Ибн Хани. Однако постепенно в андалусской лирической поэзии не только появился местный колорит, но и возникли строфические формы мувашшах (опоясанный) и заджал (мелодия), до тех пор чуждые арабской поэзии. Они родились в простонародной среде в результате взаимодействия культуры арабов, берберов и местного романского населения. Мувашшах, впервые упоминаемый в конце 10 в., проникнув в литературу, распространился и на восток Халифата, а к 13 в. принял застывшие формы, превратившись в предмет формалистических упражнений. Заджал избежал стилизации и остался излюбленным народным жанром в мусульманской и христианской Испании, попал в другие арабские страны и, по-видимому, оказал влияние на развитие ранней провансальской поэзии. Сохранился диван крупнейшего представителя этого жанра Ибн Кузмана. Расцвет андалусской поэзии на литературном арабском языке приходится на 11 в., когда Кордовский халифат распался на несколько эмиратов. В каждом из них возникли придворные литературные кружки. Всюду преобладала панегирическая, эротическая и вакхическая поэзия. Крупным центром стала Севилья с её поэтами-меценатами аль-Мутадидом и аль-Мутамидом. Последний кончил свою жизнь в Марокко, находясь в плену; его добровольным спутником в заточении был знаменитый поэт-лирик из Сицилии Ибн Хамдис. В Севилье жил последний крупный арабский поэт Кордовы Ибн Зайдун. Многие андалусские поэты 11—13 вв. прославились элегиями на падение арабских династий и городов под ударами Реконкисты (Ибн Абдун, аль-Вакаши, Ибн Хафаджа, Салих ар-Ронди). В прозе выделяются Ибн Хазм, создавший «Ожерелье голубки» — своеобразный трактат о любви, и Ибн Туфайль, автор философского романа «Живой, сын бодрствующего».

С середины 11 в., несмотря на количественный рост, арабская литература носит печать упадка. В поэзии начинает преобладать мистика, в прозе — дидактика. Для мистической поэзии характерно сочетание вакхических и эротических мотивов с экстатическими обращениями к божеству. Её видными представителями были андалусцы Ибн аль-Араби, аш-Шуштари и египтянин Омар ибн аль-Фарид. Сицилиец Ибн Зафар сделал робкие шаги к созданию исторической новеллы. Сирийский эмир Усама ибн Мункыз написал единственную в средневековой арабской литературе художественную автобиографию «Книга назидания». Ибн Арабшах, увезённый Тимуром из Багдада в Самарканд, в своей дидактической антологии «Приятный плод для халифов» переработал витиеватым слогом североиранские сказки.

С упадком письменной литературы, обслуживавшей культурные и эстетические запросы крупных феодалов и узкого круга образованных людей, наступил расцвет устно-поэтического творчества. В Египте и Сирии, куда после монгольского нашествия (13 в.) окончательно переместился центр арабской литературы, распространились жанры мувашшах и заджал. Суфийские поэты и даже придворный поэт Бахааддин Зухайр стремились писать языком, близким к народному, Ибн Даниял в Египте записал лубочные пьесы для теневого театра. Получили распространение в 13—15 вв. и позднее своеобразные народные произведения в жанре сира («жизнеописания»), т. е. циклы рассказов на героические и любовные сюжеты, связанные с историческими и вымышленными лицами и событиями. Европейская терминология классифицирует их как рыцарские романы. Эти произведения исполнялись сказителями-актёрами на улицах и площадях. Важнейшие сиры: о поэте-воине 6 в. Антаре и его возлюбленной Абле, о мамлюкском султане Бейбарсе, о переселении племени бану-хилаль в Египет и Северную Африку, о Зу-ль-Химме. Некоторые из них начали складываться, по-видимому, очень рано. Народная память пронесла их через века, а сказители каждого поколения наслаивали новые эпизоды и подробности, внося в них анахронизмы и противоречия. В сирах отразились события эпохи крестовых походов (герои обычно совершают подвиги в сражениях против «неверных» — «франков» или «румов»). К тому же типу народной литературы относится сборник сказок «Тысяча и одна ночь», в состав которого наряду с фольклорными и литературными материалами полностью вошла, сира об Омаре ибн ан-Нумане.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7


Похожие материалы:

Социально-нравственные инициативы Ч. Айтматова в прозаических произведениях
«Большой киргизский аил служит мне пристанищем. Многие замыслы, характеры, образы подсказаны жизнью этих людей». Ч. Айтматов Слава Чингиза Айтматова была подобна стреле, пущенной из богатырского лука, - так быстро пролетела она за преде ...

Библейские сюжеты в произведениях Булгакова
Зарождение будущей структуры романа "Мастер и Маргарита" видно в "Белой гвардии" не только во взаимоотношении реального и фантастического планов, но и в особенностях функциональной роли библейской тематики. Этот элемен ...

Житиё Феодосия Печерского.
Это житиё написано Нестором после жития Бориса и Глеба. Кто же такой Феодосий Печерский? Это- инок, а затем он становится игуменом прославленного Киево-Печёрского монастыря. Это житиё отличается от рассмотренного нами выше большим психо ...