Есенинской тропой
Страница 2
О литературе » Есенинской тропой

Старый дивовский вокзал находился примерно метрах в 200 от нового. Был он одноэтажным, подобно нынешнему, только не каменным, а деревянным, к тому же намного просторней прежнего, и стоял ближе к платформе, почти вплотную к первому пути. Платформа была насыпная, крытая, на ней стояли деревянные скамейки, таким образом, пассажиры могли прямо с вагона прейти в здание вокзала, не подвергнув себя дождю или снегу.

До революции в зале ожидания в левом красном углу висела большая икона Николая Угодника с горящей перед ней лампадой, стояли обычные для всех российских вокзалов желтые деревянные диваны. Полы были тесовые крашенные. Посреди зала висела трехлинейная керосиновая лампа, которую зажигал и гасил дежурный по вокзалу. (3)

По обе стороны от вокзала были устроены коновязи. Вокруг вокзала, выкрашенного в коричневый цвет, росли ветлы и липы, кусты акации и сирени. Некоторые из них до сих пор сохранились, кусты желтых акаций поселились на небольших холмиках, оставшихся от насыпи. А сам вокзал, простоявший 77 лет, сгорел от взрыва фашистской бомбы в 1941 году.

Новое здание станции, по воспоминаниям старожилов, меньше прежнего, сложено из красного кирпича. На фасаде здания прикреплена мемориальная доска: «На станции Дивово в период с 1909 по 1925 год неоднократно проездом останавливался С.А. Есенин». В 2005 году к юбилею поэта здание вокзала реконструировали, внутри открыли экспозицию, посвященную истории станции Дивово. На привокзальной площади установили памятник С.А. Есенину.

Итак, у старого вокзала станции Дивова, сойдя с поезда, пассажир мог нанять извозчика. Многие старожилы занимались этим промыслом, поскольку желающих доехать до ближайших деревень Демидова, Чешуева, Шушпанова, Летова, Вакина, а то и до дальнейших – Константиново, Кузьминское, Шехмино, которое находилось на противоположном берегу реки Оки, было хоть отбавляй. У старолетовских извозчиков была довольно капризная такса на все случаи и расстояния. Помните есенинского возницу из «Анны Снегиной»:

Даю сороковку.

«Мало!»

Даю еще двадцать.

«Нет!»

Такой отвратительный малый,

А малому тридцать лет.

Вот так на извозчике отправлялся Есенин в путь. Дорога лежала вначале вдоль пруда, мимо старой мельницы (она сгорела во время войны) и выходила на старую базарную площадь.

Раньше здесь, по свидетельству старожилов, устраивались базарные дни. В Старолетово съезжались со всех окрестных сел, бывали даже из Новоселок и Пощупова. И какого товара только здесь не увидишь! Горланили гуси, визжали в мешках поросята, кричали на все голоса торговки, расхваливая, кто сало и мясо, кто сметану и молоко, кто мед и картошку.

Нет сейчас здесь ни торговых рядов, ни коновязи у чайной Галишникова, ни самой чайной. Площадь местами заросла бурьяном, только где-то сбоку примостился небольшой магазинчик – отрада местных жителей. Чайная Григория Николаевича Галишникова пострадала от пожара во время войны, а на ее месте стоит небольшой деревянный дом, куда нынче приезжают на лето «дачники».

А раньше Есенин нередко останавливался в чайной, коротая время для прихода поезда, не раз «гонял чай» и беседовал с хозяином. Дом у Григория Николаевича был двухэтажный, низ – кирпичный, верх – деревянный. В полуподвале находилась пекарня, принадлежавшая ему. В комнатах второго этажа проживала семья владельца чайной. Сама чайная находилась на первом этаже. «Здесь было тепло, светло и по-своему уютно: ситцевые занавески на окнах, на столах – белые скатерти, большие и маленькие заварочные чайники, в углу новенький граммофон, на котором особенно часто крутили пластинку «На сопках Маньчжурии».

За стойкой буфета хлопотал сам Галишников – лысоватый, с пышными усами, высокий и грузный». Так представляли и мы картину станционной чайной, прочитав книгу Башкова В.П. «В старинном селе над Окой». И было немного жаль, что почти ничего не сохранилось с тех пор. Единственным свидетелем есенинских приездов был старинный двухэтажный дом по улице Центральной №27.

Ему уже более 100 лет. Раньше там находилась галантерейная лавка купца Щеглова. Сейчас же это обветшалое здание, такое же старое, как и жильцы в нем. На втором этаже местами протекает крыша, ступени расшатаны, некоторые прогнили и едва держатся, стены со стороны двора подпирают бревна и балки.

Но дорога, как и жизнь, продолжается…

Запели тёсаные дроги,

Бегут равнины и кусты.

Опять часовни на дороге

И поминальные кресты.

Опять я тёплой грустью болен

От овсяного ветерка.

И на известку колоколен

Невольно крестится рука.

«Известка колоколен» и «поминальные кресты»… Уж не та ли это церковь в Старолетове с прилегающим к ней кладбищем? Все может быть…

От чайной Галишникова до проселочной дороги путь был только один – в сторону церкви. Метров 400 от базарной площади по улице Центральной когда-то стояла церковь Успения Пресвятой Богородицы. Уж ее-то никак не мог не заметить поэт. Более того, старожилы говорили, что Есенин, проезжая как-то в Москву (это было еще до революции), останавливался и исповедовался в этой церкви. Но, к сожалению, нет в живых дьячка этой церкви, того самого, что исповедовал поэта, и некому ни подтвердить, ни опровергнуть это мнение. Одно очевидно: стояла здесь раньше церковь, а сейчас на ее месте – пустырь с одиноким забытым памятником на братской могиле летчиков.

Страницы: 1 2 3 4


Похожие материалы:

Конспекты
Попросите тех, кто пишет конспекты, дать определение этой формы записи. Мало кто сформулирует верно. Систематическая, логическая связная запись, объединяющая план, тезисы, выписки или, по крайней мере, два из этих типов записи, – вот чт ...

Иосиф Бродский как поэт-постмодернист. Общая концепция постмодернизма
Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно. И.Бродский Попробуйте меня от века оторвать, - Ручаюсь вам – себе свернете шею! О.Мандельштам Пожалуй, трудно теперь найти человека, незнакомого с творчеством Иосиф ...

Л. Толстой
Чувство красоты развито у него до высшей степени, как ни у кого. Чем ярче вдохновение, тем больше должно быть кропотливой работы для его исполнения. Мы читаем у Пушкина сти- хи такие гладкие, такие простые, и нам кажется, что у него так и ...