Но гораздо важнее, как кажется, ассоциация с Телемаком старшего брата Константина – государя наследника Александра Николаевича, которому Жуковский также посвятил свою «Одиссею». Примечательно, что в письмах Жуковского к наследнику престола особое место занимает тема нерушимого тандема отца и сына: Николай предстает здесь как великий Кормщик, которому не страшны бури революции, а его сын – как верный помощник и продолжатель дела родителя.

Образ царя Итаки может быть понят как аллегория русского императора. Образ могучего и благородного царя, усмирителя бунтов и стража порядка, — один из важнейших в историософской концепции Жуковского конца 1820 – 1840-х годов. Николай изображается поэтом как царь-воин и странствователь (ср. его восточный поход 1828 года, ассоциировавшийся у современников с Троянской войной, а также многочисленные путешествия-инспекции по России), благочестивый христианин, заботливый муж и любящий отец. Силам разрушения и зла Николай противопоставляет, по словам Жуковского, «магическое обаяние геройской отваги».

Николай есть само олицетворение идеи справедливости и святости власти, то есть – по словам самого Жуковского – воплощение истинной поэзии. В письме к Константину Николаевичу Жуковский приводит как пример истинно-вдохновенной поэзии историю о подавлении императором холерного бунта 1831 года. Грозные слова Николая «На колена!», усмирившие чудным образом бунтовщиков, названы Жуковским «одной из высочайших минут . вдохновения», которое заставило дикую толпу склониться «перед святынею веры и власти». «И отсутствие этой-то поэзии, – продолжает поэт, – произвело то, что теперь везде перед нашими глазами творится». Замечательно, что в том же письме Жуковский сообщает о начале работы над второй частью «Одиссеи».

Показательно, что некоторые оценки Одиссея в последних песнях перевода Жуковского перекликаются с характеристиками императора в «николаевском мифе» придворного поэта и воспитателя детей русского самодержца (ср., например: «непреклонный в напастях» герой, «орел поднебесный», отважный, «грозно-могучий», «моложавый», с прямым станом, «божественно-чистой» красоты). Наконец, Николай, как и Одиссей, изображался поэтом в виде Капитана, твердой рукою ведущего свой корабль по бурному морю.

Так понимание своего патриотического долга В. А. Жуковским отразилось на переплетении исторического времени русского перевода «Одиссеи» и современных поэту политических реалий.

Интересное сочетание интереса к истории и христианского мировоззрения представляет поэма «Странствующий жид». Этот сюжет традиционен для европейской поэзии. К нему обращались Шиллер и Гете, Шлегель, Шубарт, Ленау, Шамиссо, Шелли, Беранже. Из русских авторов – Батюшков и Кюхельбекер. «Грандиозность сюжета захватила Жуковского так, что он приступил к работе, несмотря на старость и болезни, с юношеским жаром и трепетом…».[36] Несколько огромных тем пересеклось в сознании Жуковского: история христианства, история мира, философский вопрос обретения веры, судьба личности на фоне исторических переворотов, значение природы и поэзии в жизни человека. Древний Рим, первые христиане, закат Рима, Наполеон на острове Святой Елены, – вот фон, на котором выступает колоритная фигура романтического изгнанника, знакомого русскому читателю по поэмам романтической эпохи, но – укрупненного, с чертами эпического величия. «Рисуя судьбу Агасфера, Жуковский громоздит глыбы исторических эпох».[37]

Подводя итог, повторим, что изображение В. А. Жуковским исторического времени в его произведениях обосновывалось концепцией романтизма, в связи с чем в произведениях поэта предстает, как правило, романтический ореол той или иной эпохи при несоблюдении конкретных исторических реалий. Этот романтический ореол в наибольшей степени характерен для баллад, однако он также присутствует в произведениях Жуковского, прославляющих родную историю.

В сочетании искренности и правдивости в выражении своих чувств к славной истории Отечества с романтизацией представленного исторического времени того или иного произведения и кроется, позволим себе тавтологию, причина славы В. А. Жуковского как «певца русской славы».

Похожие материалы:

Отношение просветителей к праву частной собственности
Никто из просветителей не решился посягнуть на принцип частной собственности. Наиболее передовые из них доходили до понимания того, что неравное распределение богатств среди членов общества есть величайшая из всех социальных несправедливо ...

Докажите, что поэма «Крестьянские дети» - воплощение обаяния поэзии детства»
“Крестьянские дети” (1861). Это небольшое поэтическое произведение — лучшее из написанного Некрасовым о детях, настоящий гимн деревенскому детству. По жанру “Крестьянские дети” — маленькая лиро-эпическая поэма, предмет которой — чувства ...

Р.П. Погодин – писатель о детях и для детей. Жизнь и творческий путь писателя
Почему Радий Петрович стал детским писателем? В одном из его интервью прозвучало признание: "А я занимаюсь, по сути, иконописью. Иконопись для меня – мифотворение. Я сознаю, что герои мои – люди святые. Пишу о человеке прекрасном&quo ...