В 2003 году Москву посещали Януш Гловацкий, Мануэла Гретковская и Тадеуш Конвицкий. Гловацкий – писатель, драматург, один из немногих польских авторов, сумевших покорить не только Польшу, но и на Запад. Гретковская – представительница феминистской волны в польской литературе, автор сюжетной и эссеистической прозы, Конвицкий – значительный польский писатель второй половины ХХ века, автор социально-ориентированных психологических романов.

В 2004 году в Москве побывало сразу пять писателей. Это Стефан Хвин, Павел Хюлле, Антоний Либера, Збигнев Крушинский и Адам Видеманн. Хвин – приверженец доброкачественных классических жанров и классических философских вопросов, Хюлле – тонкий стилист, обыгрывающий литературные традиции, Либера – создатель авантюрно-воспитательного романа на историко-культурном материале, Крушинский – нравописатель, демонстрирующий социальную картину современного общества, и наконец Видеманн – глубоко асоциальный и слегка подтрунивающий над своими сюжетами философ -“баналист”.

Совершенно очевидно, что и русская критика, и простой русский читатель начинают все больше интересоваться Польшей. Это заметно по живой реакции аудитории, активно раскупающимся книгам. Все это дает возможность предположить, что последующие года подарят еще больше польских книг, а встречи с польскими писателями продолжатся, и, быть может, возникнут какие-то новые формы русско-польского литературного и культурного диалога [11].

Похожие материалы:

Библейские сюжеты в произведениях Булгакова
Зарождение будущей структуры романа "Мастер и Маргарита" видно в "Белой гвардии" не только во взаимоотношении реального и фантастического планов, но и в особенностях функциональной роли библейской тематики. Этот элемен ...

Принципы романтического жанра в новелле.
Э.Т.А. Гофман в историю мировой литературы вошел как представитель позднего немецкого романтизма. Основные принципы этого направления были уже сформулированы и развиты йенскими и гейдельбергскими романтиками. Характер конфликтов, лежащих ...

Дуэль в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»
Грушницкий перед дуэлью мог бы читать книги, писать любовные стихи, если бы не превратился в ничтожество. Тот Грушницкий, который носил солдатскую шинель и произносил романтические речи, мог бы и Шиллера читать, и писать стихи . Но тот Гр ...