Авраамий неоднократно подчеркивает, что монастырь был спасен от супостатов «молодшими людьми», а «умножение во граде» (монастыре. – прим. автора) «беззакониа и неправды» связано с людьми «воинственного чина». Резко осуждается в «Сказании» злопредательство монастырского казначея Иосифа Девочкина и покровитель его «лукавству» воевода Алексей Голохвастов, а также измена «сынов боярских».

Авраамий отнюдь не питает симпатий к «рабам» и холопам, которые «убо господие хотяще быти, и неволнии к свободе прескачюще». Он резко осуждает восставших крестьян и «начальствующих злодеем» холопов Петрушку и Ивана Болотникова. Однако, ревностный защитник незыблемости основ феодального строя, Авраамий вынужден признать решающую роль народа в борьбе с интервентами: «Вся же Россия царьствующему граду способствующе, понеже обща беда всем прииде».

Одной из особенностей «Сказания» является изображение быта осажденного монастыря: страшная теснота, когда люди расхищают «всякая древесна и камение на создание кущь», «и жены чада раждаху пред всеми человеки»; из-за тесноты, нехватки топлива, ради крепости; описание вспыхнувшей эпидемии цинги и др. «Не подобает убо на истину лгати, но с великим опасением подобает истину соблюдати», - пишет Авраамий. И это соблюдение истины составляет характерную особенность центральной части «Сказания». И хотя в понятие истины у Авраамия входит и описание религиозно-фантастических картин, они не могут заслонить главного — народного героизма.

Излагая «вся по ряду», Авраамий старается «документировать» свой материал: точно указывает даты событий, имена их участников, вводит «грамоты» и «отписки», т. е. Чисто деловые документы.

В целом же «Сказание» — эпическое произведение, но в нем использованы драматические и лирические элементы. В ряде случаев Авраамий прибегает к манере ритмического сказа, включая в повествование рифмованную речь.

Например:

И мнозем руце от брани престаху;

всегда о дровех бои злы бываху.

Исходяще бо за обитель дров ради добытиа,

и во гард возвращахуся не бес кровопролитиа.

И купивше кровию сметие и хворастие,

и тем строяще повседневное ястие;

к мученическим подвигом зелне себе возбуждающе,

и друг друга сим спосуждающе.

Большое внимание в «Сказании» уделяется изображению поступков и помыслов как защитников монастырской крепости, так и врагов и изменников.

Опираясь на традиции «Казанского летописца», «Повести о взятии Царьграда», Авраамий Палицын создает оригинальное историческое произведение, в котором сделан значительный шаг по пути признания народа активным участником исторических событий.

«Летописная книга», приписываемая Катыреву-Ростовскому.

Событием первой Крестьянской войны и борьбе русского народа с польско-шведской интервенцией посвящена «Летописная книга», приписываемая Катыреву-Ростовскому[1]. Она была создана в 1626 г. и отразила официально-правительственную точку зрения на недавнее прошлое. Цель «Летописной книги» — укрепить авторитет новой правящей династии Романовых. «Летописная книга» представляет собой связное прагматичное повествование от последних лет царствования Грозного до избрания на престол Михаила Романова. Автор стремится дать эпически спокойное «объективное» повествование. «Летописная книга» лишена той публицистической остроты, которая была свойственна произведениям, появившимся в разгар событий. В ней почти отсутствует и религиозная дидактика; повествование носит чисто светский характер. В отличие от «Сказания» Авраамия Палицына, «Летописная книга» на первый план выдвигает личности правителей, «начальников воинства», патриарха Гермогена и стремится дать им более глубокие психологические характеристики, отметить не только положительные, но и отрицательные черты характеров ряда исторических деятелей. Автор опирался на Хронограф редакций 1617 г., где в повествовании о событиях конца XVI — начала XVII в. внимание было обращено на внутренние пртиворечия человеческого характера, ибо «никто от земнородных» не может остаться «беспорочен в житии своем», потому что «ум человечь погрешителен есть и от доброго нрава злыми совратен».

Похожие материалы:

Прототипы
Ни у Б. Васильева, ни у Ю. Бондарева нет точной, реально существовавшей личности (за исключением Сталина в романе «Горячий снег»), которая являлась бы явным прототипом кого-либо из героев, чьи черты характера, внешности он бы взял. Для по ...

«Слово о полку Игореве» и жанровые параллели в средневековой и мировой литературе
В кругу шедевров национальных литератур «Слово о полку Игореве» занимает особое место. Его издал граф А.И. Мусин-Пушкин, обер-прокурор Святейшего Синода, действительный тайный советник, известный собиратель древнерусских рукописей, ознаме ...

Мотив самоубийства в творчестве Владимира Маяковского
Великий поэт добровольно уходит из жизни. Не раз в истории литературы этот факт потрясал современников, становился загадкой для потомков. Тайна смерти самоубийцы, причины, побудившие его к столь страшному, противоестественному концу - все ...