В.М.Маркович отмечает в характере Аси переплетения «с нравственно-психологическими аномалиями, напоминающими о героях и героинях Достоевского. Наиболее очевидная из них – сочетание ущемленности и неистребимой гордости, которое перерастает в мучительное противоречие между стремлениями к самоутверждению и … ощущением собственной неполноценности. Источником противоречия оказывается «ложное положение» незаконнорожденной, которое Ася тоже воспринимает подобно героиням и героям Достоевского – как несправедливость абсолютно неисправимую, обрекающую ее на вечное неравенство с другими людьми. Отсюда вырастают новые мучительные противоречия: «… она и стыдилась своей матери, и стыдилась своего стыда, и гордилась ею. Отсюда же – предельная напряженность душевной жизни и эксцентричность поведения Аси. И в особенности – необузданность ее переживаний и поступков»[8]. Отсюда и ее лицедейство, которое сродни сложному процессу самопознания и самопостроения личности.

Господин Н.Н., многое поняв в характере девушки, испытывает невероятное облегчение. Былое раздражение сменилось живостью и готовностью к взаимопониманию. Ася предстает теперь перед героем не во внешней привлекательности и необычности облика, а в неповторимой индивидуальности ее драматической судьбы. Внутренний мир героини теперь уже не отталкивает молодого человека своей сложностью и непонятностью: «Теперь я многое понимал в ней, что прежде сбивало меня с толку: ее внутренне беспокойство, неуменье держать себя, желание порисоваться – мне все стало ясно. Я заглянул в эту душу: тайный гнет давил ее постоянно, тревожно путалось и билось неопытное самолюбие, но все существо ее стремилось к правде», «ее душа мне нравилась», и далее: «Я чувствовал, что ее образ… втеснился мне в душу».

Первый серьезный разговор Аси и Н.Н., представляющий собою завязку, впервые «обнаруживает ту их внутреннюю духовную общность, которая и становится питательной почвой для зарождающегося чувства»[9]. Беседа героев отличается от предыдущего общения отсутствием прежней натянутости: впервые девушка отваживается поделиться сокровенными мыслями, заветными желаниями и даже со всей искренностью дать объяснение своим «странностям» («Иногда мне хочется плакать, а я смеюсь. Вы не должны судить меня… по тому, что я делаю»)

В воображении Аси возвышенные человеческие стремления, высокие нравственные идеалы не противоречат надежде на осуществления личного счастью, напротив, они предполагают друг друга. Зародившаяся, хотя еще и не осознанная любовь помогает ей в определении своих идеалов. Стремление ощутить восторг полета, самозабвенное упоение вальсом являются лирическими выражениями желания счастья и полноты жизни. Ей свойственна идеалистическая вера в неограниченные возможности человека. Ее манят романтические дали, она жаждет деятельности. Ася уверена, что «прожить не даром, след за собой оставить», совершить «трудный подвиг» - по силам любому человеку. Н.Н. давно разуверился в подобных вещах и, хотя на вопрос героини: «А разве это невозможно?» – он отвечает: «Попытайтесь», про себя же с грустной уверенностью констатирует: «Невозможно…»

Глубинный смысл высказывания рассказчика о крыльях, которые могут вырасти у человека, выходит за рамки любовной тематики, вбирая в себя общефилософское содержание. Окрыленностью может быть и способность человека воспарить над обыденностью, и поэтическая мечтательность, и преобладание возвышенно-романтического мировоззрения над рассудочностью и прагматизмом. Метафора эта настолько понятна и близка Асе, что она тут же «примеривает» ее к себе («Так пойдемте, пойдемте… Я попрошу брата сыграть нам вальс… Мы вообразим, что мы летаем, что у нас выросли крылья»), высвечивает доминанту характера героини: тревожную порывистость души в ее устремленности к возвышенно-идеальному. На мгновенье героям удалось-таки «взлететь». Плавные звуки ланнеровского вальса словно приподняли их над землей. Музыка и танец раскрепощают героев. Ася становится «мила и проста», исчезает ее угловатость, и сквозь «девический строгий облик» проступает «что-то мягкое, женское». Даже Н.Н. веселится как ребенок.

Похожие материалы:

Использование музыкального фрагмента
Сформировать музыкальное восприятие. Научить сравнивать образ музыкального произведения со стихотворным образом. Сопоставление произведения А. Вивальди «Весна» из цикла «Времена года» со стихотворением А.А. Фета «Уж верба вся пушистая .» ...

Литература второй половины XIX века
Вторая половина XIX века − конец целой полосы развития Польши в ее главной части − российской Польше. На первое место выдвигается новый класс − буржуазия, начинавшая свое развитие после окончательного разгрома всех попыт ...

Вечные темы в произведениях Бунина
Прежние, главным образом «деревенские» повести и рассказы «на поверку оказались более долговечными, чем его произведения, посвященные собственно «вечным» темам – любви, смерти. Эта сторона его творчества, получившая преимущественное разви ...