Выводы
Страница 3

Пьер накануне того воскресенья, в которое читали молитву, обещал Ростовым привезти им от графа Растопчина, с которым он был хорошо знаком, и воззвание к России, и последние известия из армии. Поутру, заехав к графу Растопчину, Пьер у него застал только что приехавшего курьера из армии.

Курьер был один из знакомых Пьеру московских бальных танцоров.

— Ради бога, не можете ли вы меня облегчить? — сказал курьер, — у меня полна сумка писем к родителям.

В числе этих писем было письмо от Николая Ростова к отцу. Пьер взял это письмо. Кроме того, граф Растопчин дал Пьеру воззвание государя к Москве, только что отпечатанное, последние приказы по армии и свою последнюю афишу. Просмотрев приказы по армии, Пьер нашел в одном из них между известиями о раненых, убитых и награжденных имя Николая Ростова, награжденного Георгием 4-й степени за оказанную храбрость в Островненском деле, и в том же приказе назначение князя Андрея Болконского командиром егерского полка. Хотя ему и не хотелось напоминать Ростовым о Болконском, но Пьер не мог воздержаться от желания порадовать их известием о награждении сына и, оставив у себя воззвание, афишу и другие приказы, с тем чтобы самому привезти их к обеду, послал печатный приказ и письмо к Ростовым.

Разговор с графом Растопчиным, его тон озабоченности и поспешности, встреча с курьером, беззаботно рассказывавшим о том, как дурно идут дела в армии, слухи о найденных в Москве шпионах, о бумаге, ходящей по Москве, в которой сказано, что Наполеон до осени обещает быть в обеих русских столицах, разговор об ожидаемом назавтра приезде государя — все это с ново" силой возбуждало в Пьере то чувство волнения и ожидания, которое не оставляло его со времени появления кометы и в особенности с начала войны.

Пьеру давно уже приходила мысль поступить в военную службу, и он бы исполнил ее, ежели бы не мешала ему, во-первых, принадлежность его к тому масонскому обществу, с которым он был связан клятвой и которое проповедывало вечный мир и уничтожение войны, и, во-вторых, то, что ему, глядя на большое количество москвичей, надевших мундиры и проповедывающих патриотизм, было почему-то совестно предпринять такой шаг. Главная же причина, по которой он не приводил в исполнение своего намерения поступить в военную службу, состояла в том неясном представлении, что он L’Russe Besuhof, имеющий значение звериного числа 666. что его участие в великом деле положения предела власти зверю, глаголящему велика и хульна, определено предвечно и что поэтому ему не должно предпринимать ничего и ждать того, что должно совершиться.

ЧИСЛА

— согласно воззрению Пифагора (6 в. до н. э.), ключ к гармонии законов космоса и символ божественного мироздания. Открытие, что колебания струн, длина которых выразима посредством простого соотношения чисел, дает полнозвучные аккорды, привело к постулированию понятия "гармония" в нашем понимании этого слова и было в то же время первым шагом к математическому выражению познания мира. Согласно такому взгляду каждая форма может быть представлена посредством чисел ("Все есть число"), которые суть не что иное, как скрытые в мире божественные первообразы и прообразы (архетипы), становящиеся очевидными и зримыми при проницательном его созерцании. Это демонстрирует, например, теорема Пифагора с ее изящной закономерной соразмерностью квадратов через стороны прямоугольного треугольника. "Числа были не слепо выброшены в мир; они подчиняются гармоничному порядку подобно тому, как кристаллическая решетка и консонансы (созвучия) гаммы подчинены всеохватывающим законам гармонии" (А. Кёстлер). Числа рассматривались не только как единицы измерения, но также в качестве "архе" (первоначал и сущностей) всех вещей, "как господствующая и несотворимая связь и основа вечной устойчивости внутримирового порядка вещей" (Филолай, 5 в. до н. э.). Равным образом связанная с числовыми измерениями периодичность космических циклов должна была приближать к мысли, что числа не просто введенное человеком вспомогательное упорядочивающее средство, но первоэлементы Вселенной, "абсолютные" (неуничтожимые) следы сверхчеловеческих сил и потому священные символы божества. Новалис пережил эту власть магии чисел, распространяя ее на сферу мистики: "Очень вероятно, что в природе, как и в истории, существует чудесная мистика чисел. Разве все, что есть, не полно значения, симметрии и необычайной взаимосвязи? Разве не очевидно присутствие Бога в математике, как и в каждой другой науке?" В таком представлении числа - это не созданное людьми средство осмысленного упорядочения окружающего мира, но также символы Абсолютного, которые обращаются к эстетическому чувству наделенного им человека и позволяют ему пережить своего рода внечеловеческую "гармонию сфер". "Священные числа" при такой предпосылке имеют действительно сакральный смысл, это прежде всего — Бог-творец как "первоединое", которое, отчуждая и проявляя себя, порождает двуединое (см. Дуалистстичсские системы, Инь/ян). Из тезиса и антитезиса получается синтез тройственности (см. Треугольник, Трехликость, Троица): "все тройственное совершенно", "все подлинное триедино" (три задания сказочных героев; интеграция двойственности в триаду "отец мать ребенок"). Число "четыре" имеет архетипическое качество, выступая не просто голым удвоением дуалистической системы, но и ее "непосредственным обнаружением". К. Г. Юнг видел в странной для многих современников догме "физического (телесного) вознесения Марии" выражение стремления посредством восприятия женского элемента в структуре Троицы гармонически завершить ее, привести ее к целостности и соразмерности квадрата. Четверичность составляет "перекрестие нашего разума". В числовом порядке элементов— не только четверичность, но с включением "середины" и число "пять", которое находит свое выражение в пентаграмме. Оно также — крест с точкой пересечения и "квинтэссенция" ("пятая сущность"). Число "шесть" символически выражено в гексаграмме, "печати Соломона", Число "семь" известно своей широко распространенной символикой, тогда как "восемь" менее в этом смысле принимается во внимание, но оно имеет значение в толковании Нового завета. В качестве "восьмого дня творения" понимается воскресение Иисуса Христа и начало вечности, вследствие чего купели для крещения часто имеют восьмиугольную форму. Восьмиугольная звезда используется в романском искусстве; на восемь частей разделены круглые готические окна (роза); имеют подобный смысл и восемь вершин Мальтийского креста. Буддизм покоится на "восьми простых путях" (см. Восьмизначность, Счастья боги). Число "девять" основывается на числе "три" и обозначает хор (сонм) ангелов и девять космических сфер в средневековой картине мира. "Десять" — символ завершенности и совершенства (десять заповедей Господних; 1 + 2 + 3 + 4 = 10, сумма цифр I + 0 == 1). Практически во всех культурах земли считать начинали на пальцах. Десять сефирот (божественных эманации) каббалы понимаются также как дерево, укорененное в небе и своею кроною направленное вниз к земле, что соответствует десяти тайным именам Бога. Числа свыше десяти в символике большей частью толкуются как несчастливые: одиннадцать — чертова дюжина, но двенадцать заслуживает большего внимания (число знаков зодиака, основа вавилонской шестидесятичной системы, число племен Израиля, число апостолов и т. д.). Двенадцать богов составляют с 5 в. до н. э. пантеон (божественную семью) Греции: Зевс, Гера, Посейдон, Деметра, Аполлон, Артемида, Арес, Афродита, Гермес, Афина, Гефест, Гестия. Гестия часто вытеснялась Дионисом (Бахусом). "Тринадцать" — почти всегда несчастливое число; уже Гесиод предостерегал крестьян, начинавших посев 13-го числа. В вавилонском високосном году имелся високосный месяц под знаком "ворон несчастья". Согласно поверью, 12 ведьм должны сожительствовать с чертом как с тринадцатым.

Страницы: 1 2 3 4


Похожие материалы:

Характеристика творчества Ч. Диккенса
Начало творчества Диккенса - 30-е годы. В своих первых книгах он еще далек от обобщений и выводов социального характера, но в них заключены многие темы и образы последующих романов. Романы, принадлежащие к первому периоду его творчества, ...

Дуэльный ритуал и его участники
Чтобы называться дуэлью, действия участников должны следовать определенному сценарию. Этот сценарий регулирует все стадии дуэли и предписывает четкие роли ее участникам. Главная цель ритуала – обеспечение участникам равных шансов. Не мене ...

Культурологические основы изучения древнерусской литературы в аспекте культурных ценностей эпохи. Епифаний Премудрый и Андрей Рублев: духовно–нравственный потенциал творчества
Сложности изучения древнерусской литературы общеизвестны. Думается, что здесь нельзя обойтись без привлечения так называемых «смежных» искусств: живописи, иконописи, архитектуры, церковной музыки. Важно сразу помнить, что древнерусская ли ...