Время души в лирике Жуковского
Страница 2

Яркой иллюстрацией восприятия вечности и времени, а также роли эсхатологической тематики может служить русская иконописная живопись. Икона – это образ, трактуемый как образ вечности для сиюминутного.

Святые всегда изображаются в покое, ибо в вечном мире движения не существует. Имея крылья, ангелы не передвигаются в обыденном понимании этого слова, то есть, оставаясь недвижимы, они могут появляться в разных местах. Абсолютный покой показан в иконе Андрея Рублёва «Троица» в изображении не падающих краёв одежды.

Такое сознание охватывает мир одновременно в его синхронной и диахронной целостности, и поэтому оно «вневременно».

Категория вечности имеет огромное значение в христианской культуре: «Время за нами, время перед нами, а при нас его нет». Эта культурная традиция нашла отражение в творчестве В. Жуковского. Вечность в его творчестве связана с категорией смерти.

В этой связи важно отметить, что для Жуковского конец жизни, кончина – неисчерпаемый источник лирических медитаций, философских раздумий, духовных озарений. Тема смерти проходит через все творчество В. А. Жуковского. На протяжении многих лет поэт вновь и вновь настойчиво обращается к ней, размышляя о предназначении человека и смысле жизни, о благодатном общении живых и усопших и тайне загробного бытия. Эпитафия стала одним из любимых жанров Жуковского. Он пишет ряд стихотворений под названием «На смерть .», «На кончину .», а также стихотворение «Воспоминание» (1821), которое представляет собой лаконичную эпитафию на всех дорогих сердцу умерших. Тема смерти варьируется в ранней «кладбищенской» лирике Жуковского, переплетается с любовными мотивами («Голос с того света» (1815)), явно или тайно питает возвышенный мистический элегизм поэта.

При этом необходимо отметить устойчивость некоторых аспектов в лирическом развитии этой темы в поэтическом творчестве Жуковского. Важнейший из них связан с религиозным пониманием смерти как перехода от бытия в пределах падшего мира в пакибытие

, возвращения из странствия в чуждых странах в небесное отечество, в котором ожидают истомленного путника любящие его.

Смерть отверзает во временном вечное, в исходе земного бытия - бессмертие, в смерти – рождение. Разлука предвещает грядущую встречу и соединение навеки («ждущая семья на небесах»). Мысль о свидании с близкими после смерти звучит уже в стихотворении «На смерть Андрея Тургенева» (1823), которое было написано после тяжелой и невосполнимой для юного поэта утраты – безвременной кончины 20-летнего друга и вдохновителя, главы «Дружеского литературного общества» Андрея Тургенева. Скорбный плач о нем неожиданно завершается радостным финалом, светлой надеждой на встречу:

Прости! Не вечно жить! Увидимся опять;

Во гробе нам судьбой назначено свиданье!

Надежда сладкая! Приятно ожидание!

С каким веселием я буду умирать!

Эта поэтическая тема Жуковского, глубоко обусловленная христианским учением, состоит в том, что смерть не обрывает общение с человеком, а являет иной высший тип общения с усопшими.

Следующий характерный мотив связан с образом завесы, пелены, покрывала, за которым сокрыты тайны загробного мира. Он интересно раскрывается в стихотворении «На кончину ее величества королевы Виртембергской» (1819), в котором, образ таинственного покрывала связан с идеей соприкосновения с миром иным в таинстве смерти и в таинстве Евхаристии.

Через все стихотворение проходит тема скоротечности, изменчивости жизни, непрочности земных благ и наслаждений, поэт размышляет о «грозной Силе», судьбы, «свирепого истребителя»; о неминуемости страдания, которое есть удел жителей земли. Традиционный романтический мотив наполняется глубоким христианским содержанием. Эфемерность, призрачность, хрупкость временной жизни не земле, где «на всех путях Беда нас сторожит».

. где верны лишь утраты,

Где милому мгновенье лишь дано,

Где скорбь без крыл, а радости крылаты

И где навек минувшее одно .

Эта тема приобретает высший смысл в свете евангельского учения о бессмертии и вечности в лоне Божества после прохождения души чрез смертные врата. Пессимистический мотив безвременной гибели «прекрасного на свете» по велению насмешливой и жестокой Судьбы получает совершенно иное звучание, когда Жуковский переходит от оплакивания почившей королевы Виртембергской к духовно-нравственному поучению, к проповеди, облеченной в изящную поэтическую форму. Он обращается к излюбленной теме гомилетики: страдания – путь к небесному блаженству, к постижению путей провидения, к Богопознанию:

Земная жизнь небесного наследник;

Несчастье нам учитель, а не враг;

Спасительно-суровый собеседник,

Безжалостный разитель бренных благ,

Великого понятный проповедник,

Нам об руку на тайной жизни праг

Оно идет все руша перед нами

И скорбию дружа нас с небесами.

Вот назначение скорби – возвысить человеческих дух от бесплодной суеты к созерцанию вечных благ. Потеря близких сокрушает прочные узы, соединяющие душу с житейскими пристрастиями и привязанностями. У Жуковского мысль всегда восходит к первоисточнику всего сущего – к Богу. Смерть дочери открывает скорбящей матери истину о небесной родине:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7


Похожие материалы:

Философская лирика Н.А. Заболоцкого. Философичность лирики Н.А. Заболоцкого
Николай Алексеевич Заболоцкий принадлежит к первому поколению русских писателей, вступивших в литературу уже после революции. Вся его жизнь - это подвиг ради поэзии. Когда заходит разговор о поэтическом мастерстве, всегда вспоминают Забол ...

Сборник «Камень»
В поэзии Мандельштама смысловой потенциал, накопленный словом за всю историю его бытования в других поэтических контекстах, приобретает значение благодаря скрытым цитатам-загадкам. Они заставляют читателя обратиться к их источникам с тем, ...

"Человеческая комедия" Бальзака.
Идеи, замысел, воплощение. Монументальный свод произведений Оноре де Бальзака, объединенных общим замыслом и названием - "Человеческая комедия", состоит из 98 романов и новелл и является грандиозной историей нравов Франции второ ...