Музыкальность стиля — третье важнейшее орудие Чехова для создания в произведении поэтической атмосферы. Это тоже чрезвычайно мало обследованная область его поэтики. Несколько ценных замечаний по данному вопросу сделала Е. Н. Коншина в своем тщательном исследовании стилистической работы Чехова в рассказе «Невеста»1, и это, кажется, все. А между тем речь идет о характернейшем элементе чеховского мастерства.

Надо сказать, что музыкальность стиля — только часть, хотя и важнейшая, более широкой темы о музыке, как изобразительном средстве, отнюдь не случайном в произведениях Чехова. В его рассказе «Враги» есть следующие знаменательные строки в том месте, где художник набрасывает мрачную картину смерти мальчика и дает изображение его убитых горем родителей: «В позе матери, в равнодушии докторского лица лежало что-то притягивающее, трогающее сердце, именно та тонкая, едва уловимая красота человеческого горя, которую не скоро еще научатся понимать и описывать и которую умеет передавать, кажется, одна только музыка».

Здесь мы имеем указание на прямой повод для Чехова прибегнуть в том или ином случае к упоминанию или описанию музыки, как к изобразительному средству, и таких поводов у него было не мало. Сам он, как известно, очень любил музыку, хорошая музыка не только не мешала, но, напротив, помогала ему в работе, на что он сам указывает в одном из своих писем. Быть может, слово «любил» даже не вполне выражает отношения Чехова к этому искусству. В его архиве сохранилась чрезвычайно интересная обрывочная запись: «Поэтическая любовь, — читаем мы в этом отрывке, — представляется такою же бессмысленной, как снеговая глыба, которая бессознательно валится с горы и давит людей. Но когда слушаешь музыку, все это, то есть, что одни лежат где-то в могилах и спят, а другая уцелела и сидит теперь седая в ложе, кажется спокойным, величественным, и уж снеговая глыба не кажется бессмысленной, потому что в природе все имеет смысл». Оценивая громадную роль, которую выполняла музыка в творчестве Чехова, и характер его личного отношения к музыке, невольно приходишь к мысли, что в этой записи Чехова зафиксирован его взгляд намузыку, как на могучее орудие осмысливания жизни.

Вполне естественно, в силу такого отношения Чехова к музыке, столь частая встреча с нею читателя на страницах его произведений, где то и дело какой-нибудь герой поет, садится за рояль, играет на скрипке, на виолончели, причем нередко бывает названа исполняемая вещь: рапсодия Листа, серенада Брага, «Молитва девы», романсы Чайковского и т. д. В некоторых вещах Чехова музыка несет на себе основную тематическую нагрузку, как, например, в «Скрипке Ротшильда». Как правило, пьеса Чехова не обходится без музыки, а одна из них до такой степени насыщена музыкой, что если ее выделить из пьесы, то получится род сюиты, проходящей параллельно с развитием действия на сцене. Такова пьеса «Три сестры». Здесь играют на скрипке, на гармонике, на гитаре, на рояле; играет скрипка с арфой, военный оркестр; поют офицеры, поет нянька, укачивая ребенка, напевает доктор Чебутыкин. Сюда же надо добавить тревожные звуки набата в третьем акте. Нельзя не напомнить также, что Чехов, по-видимому, приступал к созданию для Чайковского, музыку которого он очень любил, либретто для оперы «Бэла» по повести Лермонтова.

Как, однако, ни разнообразны эти связанные с музыкой моменты, они сами по себе не охватывают всего значения стихии музыки в творчестве Чехова, потому что оно насквозь, в самой структуре своей музыкально. Д. Д. Шостакович, например, находит, что «Черный монах» композиционно построен, как симфония. Быть может, не с меньшим основанием можно то же самое сказать и о таких повестях, как «В овраге», «Моя жизнь», особенно «Три года». «Степь» Чехова словно просится в музыкальную сюиту на тему „южный пейзаж». Как возвышенную лирическую музыку воспринимаем мы «Дом с мезонином». О некоторых пейзажах у Чехова хочется без малейшей натяжки сказать, что они поют. Вот, например, в «Степи»:

Похожие материалы:

Социально-нравственные инициативы Ч. Айтматова в прозаических произведениях
«Большой киргизский аил служит мне пристанищем. Многие замыслы, характеры, образы подсказаны жизнью этих людей». Ч. Айтматов Слава Чингиза Айтматова была подобна стреле, пущенной из богатырского лука, - так быстро пролетела она за преде ...

Дальняя дорога
М. П. Чехов рассказывает, что «собрался Антон Павлович на Дальний Восток как-то вдруг, неожиданно, так что в первое время трудно было понять, серьезно ли он говорит об этом, или шутит». Почему он решил поехать именно на Сахалин? Он никог ...

Н. Чернышевский
Значение Пушкина неизмеримо велико. Через него разлилось литературное образование на десятки тысяч людей, между тем как до него литературные интересы занимали немногих. Он первый возвёл у нас литературу в достоинство национального дела, м ...