Фантастическая реальность в романе М. Булгакова "Мастер и Маргарита"
Страница 8
О литературе » Особенности поэтики романов М. Булгакова в системно-типологическом аспекте » Фантастическая реальность в романе М. Булгакова "Мастер и Маргарита"

Все эти переклички усиливают мотивы конца, смерти, суда и жажды - лейтмотив пекла.

И Москва и Иерусалим исторически возникали вокруг некой центральной опоры. Вокруг Кремля воздвигались одна в другой стены Китай-города, стены Белого города, все это, в свою очередь, вписывалось в земляной вал .

План древнего Иерусалима времен прокуратора Понтия Пилата - это тоже вырастание стен вокруг стен.

Сначала первые стены Давида и Соломона, затем стены Езекии и Манасии - неправильный многоугольник посреди гор Соблазна, Злого Совета и Елеонской; оба города строились свободно, хаотично, без плана, в соответствии с рельефом местности и живой потребностью.

И Иерусалим и Москва - это лабиринты, первый - фарисейский, догматический лабиринт логики вокруг иудейского храма, второй - нетерпимый, аскетический лабиринт духа вокруг православного воинского замка (кремля). В Иерусалиме интеллектуальная броуновская плоть окружила и поглотила храм, в Москве духовная масса "наросла" на замок. В этом смысле строительство главного храма (законченное в 1888 году) было попыткой вывести религиозный центр из бастиона светской власти и сделать его чисто духовным центром России.

На плоскости вечности Ершалаим и Москва это еще и два космических Хаоса - один ветхо-, другой новозаветный - два грандиозных клубка человеческой плазмы, достигших критического состояния. Пришествие Христа (как и пришествие Сатаны) должно было внести в этот хаос гармонию, порядок. Пришествие было тем единственным шансом, какой дало Провидение этой кипящей в грехе Содомогоморре. Требовалось всего лишь узнать пророка (или сатану на Патриарших). Безоговорочное узнавание и было той ничтожной ценой, смехотворным мелким шекелем, какое должно было заплатить человечество за "царство божие" на земле. Но пророки не были узнаны и Содомогоморры пали. (До "эпилога" гибель булгаковской Москвы обозначена дважды: "тьма, пришедшая с запада, накрыла громадный город. Исчезли мосты, дворцы. Все пропало, как будто этого не было на свете". И через несколько страниц: "Маргарита на скаку обернулась и увидела, что сзади нет не только разноцветных башен с разворачивающимся над ними аэропланом, но нет уже давно и самого города, который ушел в землю и оставил по себе только туман") Узнавайте своих пророков! Вот о чем так громко восклицает Евангелие и о чем так страстно молчит Булгаков, и его молчание слышно.

Угадавшие спасутся. Угадавший всю истину мастер слушает Шуберта в своем вечном доме, а Бездомный, у которого Иисус в антирелигиозной поэме "получился ну совершенно как живой", - стал его учеником по отгадыванию истины.

Проклявшие своих пророков города обречены на Страшный суд, причем - вступает Булгаков - не на божий суд, а на суд сатаны 3. Но суд сатаны, нагрянувшего в Москву, в общем-то, не состоялся. Новые ершалаимцы оказались недостойны даже Суда, все обошлось серией хулиганств и пожаров. Может быть, так безотказно сработали на понижение законы иронии? Или, может быть, целью московского вояжа дьявола в столицу мирового атеизма был бал полнолуния в ночь после распятия?. Навряд ли. Великий, бал - поднадоевшая сатане обязанность, которую он выполняет явно нехотя, являясь, на торжество в самом непрезентабельном виде. Нет, единственная цель сатаны - похитить душу праведника. Московский суд сатаны - пролог к грядущему Дню Гнева. Его цель - мастер.

Мастер последний праведник в Новом Ершалаиме, столп, на котором держится небо над городом. "Падет праведник - падет и город сей". Небо обрушит свои камни на крыши и головы. Зальет кипящим огнем Содом, утопит во тьме Гоморру. Как Иешуа Га-Нонри предан на распятие ершалаимскими фарисеями, так и мастер распят московскими княжниками из МАССОЛИТа за пилатчину. Сначала распят, затем убит Азазелло и, наконец, взят на небо Воландом. Все сильней вступает в права тема исхода. К финалу она набирает силу, как луна полнолунности. До этого исход был лишь печальным: рефреном событий: "О боги, яду мне, яду" - и вот наконец наступает катарсис, и черные кони уносят кавалькаду сатаны с Воробьевых гор. Ветхозаветная пасха - праздник в честь исхода евреев из Египта - достигает своей экзальтированной кульминации: Москве наносится смертоносная рана, из нее вместе с благими силами ада исходят Маргарита и последний праведник. А кто же остался там, в огромном и страшном городе? Во-первых, Иван Бездомный, но его дом - психиатрическая; клиника, и тем самым он вне жизни. Кто еще? Рюхин остался, беллетрист Бескудников, Двубратский, купеческая сирота Непременова, скетчист Загривов, штурман Жорж, Жуколов-романист, Павианов, Бохохульский, Шпичкин, Адельфина Буздяк, Варенуха остался и т.д. и т.п., имя им легион. Мистическая египетская тьма, идущая со стороны. Средиземного моря, накрывает своим чернильным чревом. Москву, и та сливается в вечности с Ершалаимом в один Вавилон греха . "Через все небо пробежала одна огненная нитка. Потом город потряс громовой удар".

Страницы: 3 4 5 6 7 8 9 10


Похожие материалы:

Влияние современной детской литературы на детей
Детские книги оказывают очень сильное влияние на людей, вплоть до определяющего. Российский список «школьного чтения» за последние 25–30 лет расширился за счет хорошей переводной литературы, но принципиально не изменился. Крах СССР, как э ...

Генрик (Хенрик) Иоган Ибсен (норв. Henrik Johan Ibsen; 20 марта 1828, Шиен - 23 мая 1906, Кристиания) - выдающийся норвежский драматург, основатель европейской "новой драмы". Занимался так
"Кукольный дом (пьеса)" Самой популярной пьесой Ибсена в России стал "Кукольный дом" (Et Dikkehjem, 1879). Декорации квартиры Хельмера и Норы погружают зрителя или читателя в мещанскую идиллию. Её разрушает поверенный ...

Анна Ахматова
Пусть когда-нибудь имя мое Прочитают в учебнике дети . Анна Ахматова В автобиографии, озаглавленной «Коротко о себе», Анна Ахматова писала: «Я родилась 11(23) июня 1889 года под Одессой (Большой Фонтан). Мой отец был в то время отставн ...