|
Основное внимание французский драматург уделяет столкновению и конфликту между господином и слугой—сцене, только слегка затронутой Тирсо де Молиной. Свойство обольстителя, согласно замыслу Мольера, вытекает из принадлежности героя к аристократии, которой всё было в те времена позволено и которая ни за что не хотела признавать своей ответственности ни перед кем. Дон Жуан—эгоист, но он не считает это дурным, так как эгоизм полностью согласован и тесно взаимосвязан с привилегированным положением аристократа в обществе. Портрет его также дополняется чертами безбожника, бунтаря, презирающего религию и общество с его установленными моральными принципами и ценностями. Дон Жуан признаёт и ценит только свою особу и своё мнение. В общем-то, в этой характеристике не было ничего особенного—она была продиктована временем. Такому буржуазному вольномыслию Дон Жуана противостояло приземлённое благомыслие его слуги—Сганареля. На чьей же стороне был сам Мольер? Да ни на чьей. Это парадоксально, но всё же так. Дон Жуан независим и по-своему свободен, но при этом он ограничен во всём: даже в своих фантазиях. У мысли есть воля, у воображения её нет. Герой же живёт надуманной нереальной жизнью, он привязан к ней и зависит от неё. В комментариях к своему произведению Мольер приводил цитату из Цицерона: «Живёт свободно только тот, кто находит радость в исполнении своего долга,--кто обдумал тот путь, который он должен пройти в жизни…над кем нет иной власти, кроме собственного желания и суждения». Дон Жуан, бесспорно, не соответствует этим требованиям, к тому же он, как и «озорник», живёт сегодняшним днём, уповая на щедрость и нисходительность небес. А Сганарель? Слуга слишком циничен и корыстен для того, чтобы ощущать жизнь и уметь ей радоваться. Мольеровские герои—тоже ярко выраженные карикатуры, неприспособленные к жизни и не вызывающие положительных чувств у читателей и зрителей. Если вольнодумие Дон Жуана может быть при определённых ситуациях даже симпатичным, то это ощущение пропадает, когда герой прибегает к лицемерию, наподобие Тартюфа. Его «антагонист» Сганарель, защищающий, казалось бы, мораль и религию, труслив, также лицемерен, больше всего на свете он ценит и любит сияние и звон монет. Наверное, именно поэтому в финале пьесы, которая незаметно перетекает из комедии в трагедию (!), обоих героев ждёт наказание, соразмерное с их характерами: Дон Жуан проваливается в ад, увлекаемый туда статуей убитого им Командора ( опять же, нельзя не вспомнить Пушкина), а Сганарель думает о том, что хозяин, проваливаясь в преисподню, забыл с ним расплатиться. «Моё жалование, моё жалование!»--этими горестными выкрикиваниями слуги произведение и заканчивается… В «Дон Жуане» Мольер впервые отошёл от норм, установленных классицизмом. Характеры здесь предстают уже не столь односторонними, как прежде; неоднозначна и их оценка. Комическое, вопреки правилам, смешивается и переплетается с трагическим, придавая произведению печальных оттенок и предлагая читателям задуматься, а может быть, даже пересмотреть свою жизнь. Три единства также не соблюдаются, разрушая канву пьесы и создавая ощущение некой иерархичности. Действие происходит то во дворце, то на берегу моря, то в лесу… Но что казалось особенно возмутительным—комедия не соответствовала своему жанру и была написана прозой, которая, как тогда считали, воспринимать и слишком тяжело, и скучно в рамках театрального представления. Из этого можно заключить, что пьеса не пользовалась успехом—более того, она даже не вызывала у публике интереса… Разве что церковники обратили на неё внимание, сразу поняв, что Мольер не случайно поручил защищать религию такому ничтожеству, как Сганарель. Комедия прошла 15 раз и была запрещена. Издана же она была уже после смерти драматурга, а снова поставлена во Франции лишь в 1841 году. Похожие материалы: Образ положительно прекрасного человека в творчестве Ф.М.Достоевского Контентный анализ Нос (повесть). Сюжет. |
Продолжение образа. Жан-Батист Поклен де Мольер.
Страница 2
О литературе » Образ Дон-Жуана в творчестве Тирсо де Молины и Жана-Батиста Поклена де Мольера » Продолжение образа. Жан-Батист Поклен де Мольер.
