Дом Турбиных выдержал испытания, посланные революцией, и тому свидетельство — непопранные идеалы Добра и Красоты, Чести и Долга в их душах. Судьба посылает им Лариосика из Житомира, милого, доброго, незащищенного большого младенца, и Дом их становится его Домом. Примет ли он то новое, что называлось бронепоездом «Пролетарий» с истомившимися от ратного труда часовыми? Примет, потому что они тоже братья, они не виноваты. Красный часовой тоже видел в полудреме «непонятного всадника в кольчуге» — Жилина из сна Алексея, для него, односельчанина из деревни Малые Чугуры, интеллигент Турбин в 1916-м перевязывал рану Жилину как брату и через него же, по мысли автора, уже «побратался» с часовым с красного «Пролетария». Все — белые и красные — братья, и в войне все оказались виноваты друг перед другом. И голубоглазый библиотекарь Русаков (в конце романа) как бы от автора произносит слова только что прочитанного Евангелия: « .И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали .»; «Мир становился в душе, и в мире он дошел до слов: .слезу с очей, и смерти не будет, уже ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло .»

Торжественны последние слова романа, выразившего нестерпимую муку писателя — свидетеля революции и по-своему «отпевшего» всех — и белых и красных.

«Последняя ночь расцвела. Во второй половине ее вся тяжелая синева — занавес Бога, облекающий мир, покрылась звездами. Похоже было, что в неизмеримой высоте за этим синим пологом у царских врат служили всенощную. Над Днепром с грешной и окровавленной и снежной земли поднимался в черную, мрачную высь полночный крест Владимира».

Повесть «Собачье сердце».

М. Горький писал в «Несвоевременных мыслях» о вождях, которые проделывают жестокий опыт с русским народом, работая «как химики в лаборатории, с той лишь разницей, что химики пользуются мертвой материей».

Зачем же профессору Преображенскому, герою сатирической повести Булгакова «Собачье сердце», понадобилось вживлять в мозг собаки гипофиз человека? Уловив пародийные начала повести, начинаем рассуждать. Преображенский, верящий в науку и законы эволюции, по идее, не должен покушаться на генетику столь разных представителей живого мира, но он идет на эксперимент и получает маленького, злобного человека по имени Шариков. С точки зрения художественной — это фантастика, но в реальности, оказывается, тоже много фантасмагорического. «Чистопородные» пролетарии «уплотняют» московские дома, выселяют старожилов-интеллигентов, из подъездов исчезли ковровые дорожки, галоши, цветы на площадках, электричество гаснет по два раза в сутки. Начинается царство фантастической разрухи. Преображенский, выведя новую породу человека, хочет воздействовать на Шарикова словом, но безрезультатно. А вот у Швондера — идейного антагониста Преображенского — получилось сразу, и Шариков понял, что он «труженик», потому что не нэпман и не профессор, живущий в семи комнатах и имеющий 40 пар штанов. «Труженик» , потому что у него нет собственности, а работать не нужно — достаточно «взять все да и поделить». Швондер, «выведенный» другим путем новый человек, борется за душу Шарикова, прививая ему нахрапистость, наглость, высокомерие к культуре. Хочу мять цветы — и буду, хочу мочиться мимо унитаза — мое право, хочу сделать политическую карьеру в государстве Швондеров — потесню кого-нибудь и сделаю. Вот плоды революционного «окультуривания» масс. Булгаков солидарен с помощником Преображенского Борменталем: «Вот, доктор, что получается, когда исследователь, вместо того, чтобы идти параллельно с природой, форсирует вопрос и поднимает завесу: на, получай Шарикова и ешь его с кашей».

Безусловно, эпоха революционных преобразований породила Павла Корчагина (Н. Островский. «Как закалялась сталь»), Веньку Малышева (П. Нилин. «Жестокость»), Сашу Дванова (А. Платонов. «Чевенгур»), но нашел себя в ней именно Шариков. Он обустроился, почувствовал себя как дома, вольготно. Симптом духовной катастрофы в Советской России налицо, делает вывод своим произведением писатель.

Похожие материалы:

Функции фантастики в реалистической прозе И.С. Тургенева и П. Мериме. Приемы литературной местификации Проспера Мериме
П. Мериме – выдающийся мастер новеллы. В период, предшествующий революции 1830 г., Мериме, оппозиционно настроенный по отношению к режиму Реставрации, написал ряд произведений, в которых выступил против католической церкви и феодальной ре ...

Реальное и фантастическое в «Петербургских повестях»: практический анализ. Особенности «Петербургских повестей» Н. Гоголя
Петербургские повести — это общее название ряда повестей, написанных Николаем Васильевичем Гоголем, и название сборника, из них составленного. Объединены общим местом действия — Санкт-Петербургом 1830—1840-х годов. Петербургские повести ...

Черный человек, Москва кабацкая
Действие ее разворачивается глубокой ночью в полнолуние, когда силы зла властвуют. Ощущение одиночества рождает желание обратиться к неведомому другу, который не придет и не протянет руку помощи. Друг мой, друг мой, Я очень и очень боле ...